Скаэр
Специфического антидота не существует.

10 июня 2007
Вы можете себе представить секс с самой красивой, самой желанной и вообще бесподобной для вас женщиной на свете? м?
Забейте болт, это все вздор.
Нет ничего бесподобней, чем оказаться на лошади без седла, попоны и вообще всего, что обычно натягивают на нее. Только легкая уздечка - абы не хвататься за ту же гриву.
Но обо всем по порядку.


Первым расседлали Костю (Тара), ибо Маркиза была в этот день "не в духе" (бедняга, все ей не везет).
Это было страшной ошибкой. Всех надо ставить в одинаковые условия, железный закон, которому я, кстати, в будущем намерен следовать железнейшим же образом. Ошибке его нарушения, впрочем, свершиться было не дано, ибо очень скоро мы вернулись.


Вернулись самым что ни на есть неожиданным образом. Уже на въезде в лес метрах в тридцати из-за деревьев выскочил взъерошенный Браслет. Здоровый увалень, конь-костолом. Уздечка порвана, стремя чертегде. Все ясно.
Впрочем, ясно что с ним, а вот мы встали под вопрос. В смысле, аккурат на дороге к дому.
И мало бы только это, я резко оказался сидящим на полутонной бомбе, ибо Дэя (а я был именно на ней) имеет стабильную и нерушимую точку зрения касательно того, кто должен приходить куда-нибудь первым. Не важно, куда и, что принципиально в данном случае, перед кем. Третьим пунктом надо поставить великую взаимную любовь между Дэей и Браслетом (первые драчуны на конюшне, "за три метра не подводить" ).
В общем, со мной все стало ясно очень быстро. Начали думать, что делать с Костей...


Додумать нам не дал выскочивший из все того же леса человек, бросившийся к Браслету. Сесть он и не пытался, будучи одним из инструкторов, он просто погнал коня к дому. Нас-то он учел, а вот того, на ком мы - скорее всего нет.
В общем, заинтересовавшийся нами Браслет был встречен Дэйкиными задними ногами и усвоив, что тут надлежащего общения ему не светит, просто двинул на всем ходу домой.
Как повела себя Марка, я не в курсе, ибо сам был поглощен насущной необходимостью удержаться на внезапно сорвавшейся с места стратегической ракете.
Внезапный старт - он на втором месте по поганости после внезапного торможения. Именно по причине все той же, будь она не ладна, внезапности.
Впрочем, об этом я в тот момент не думал. Я вообще не думал. Мысли остались висеть в сконфуженном воздухе на том месте, где только что была моя голова. Ну или там, где у меня обычно располагаются мысли, если они по каким-либо причинам не покидают мои пределы. Как в данном случае, например.


Он летел рядом, один, без седока, ничем не покрытый, с развевающейся знаменем гривой, сверкающий и огромный, переливающейся в ярком свете солнца шкурой. Я мог дотянуться до него рукой, если б пожелал!
Можно разогнать коня, можно поднять в галоп, но ничто не сравнится с лошадью, выясняющей собственный интерес, и многим ли выпадало так близко и так четко наблюдать коня, такого коня, непокрытым, чистым, идущим во весь опор исключительно по причинам своей личной заинтересованности.
Дэя - ослик рядом с гигантом возле него!
Какое-то время мы неслись нога к ноге, я смотрел на него, Дэя смотрела на него, и он уперся в нее, и все знали, что это прекратится в ближайшие миллисекунды - как только пройдет поворот и закончатся глубокие овраги.
Дэя ставит вопрос безапилляционно-жестко - сейчас она будет выяснять, "кто из нас больше мужик". 
Я не пытался ее остановить - и даже не потому, что это невероятно трудно, да и небезопасно - нет, я слишком хорошо ее понимал, она желала сделать этого зарвавшегося костолома, даже перетянутая подпругой со взгромоздившемся на ней кульком против большего и свободного Браслета.
Впрочем, к его (кулька) чести, сие ее желание он разделял целиком и полностью - я вжался в нее, растекаясь по седлу, благодаря Богов за свой "безжелезный" принцип, благодаря которому сейчас я в большей степени мог держаться за уздечку, не боясь не то, что навредить - скорее вообще обратить на себя внимание.
я не боялся выпасть или как-то поломаться, зато мгновенно испугался Дэйкиных переломанных ног - она летела по бороздам, глубоким разрезам чуть не по второе колено глубиной, никак не сглаженных по краям - следы прошедшей недавно тяжелой техники. Но пусть найдется тело, способное объяснить это гневной Дэе, она видела дорогу перед собой и шла, как желала, а я лишь старался создать минимум неудобств. В конце концов, не первый раз, и знаем мы друг друга уже вполне прилично - достаточно, чтобы что-то сделать. Как минимум, не запороть.


Браслет ушел на поворот, вырывая клочья земли, он шел по внутренней стороне в полутора десятках метров и путь его был заметно короче - но Дэю это не смущало.
Повернув наконец в последний раз, она нырнула в следотраншею параллельно ей.
Ощущения? Представьте себе, что вы сидите на огромном галеоне, раскачивающемся на не менее огромных волнах, перед носом которого - пропасть, и вы падаете в нее - Дэйкины закругленные плечи вызвали у меня в этот момент именно такую ассоциацию.
Я честно испугался, что она сейчас врежется в землю и мы полетим кубарем. Земля приближалась катастрофически быстро, и только когда я уже всерьез приготовился к удару.. - он и последовал, земля резко ушла вниз, сменившись небом. Я не улетел. Чему удивился, ибо вбило меня в седло разве что не по уши.

А потом Браслет как-то резко потерялся сбоку, мы прошли крейсерским еще одну заполненную водой траншею, подняв брызги разве что не до небес, перепрыгнули еще пару в том же духе и распугали стайку ребятишек, огибая озеро. Теперь я понимаю, что чувствовали древние конники, догоняя паникующую пехоту, беспорядочно шугающуюся во все стороны - зрелище презанимательнейшее.
Уже перед самым манежом мы с Дэйкой таки расстались. Надо было пролететь все буреломы и буераки, чтобы вылететь на ровном скаку по чистой дорожке в 50 шагах от финиша.
Заметить надо, таки в конном деле все решает только философия и психология. И все.
Первая мысль после потери стремени - "все, сейчас вылечу". Единственная ошибка.
На галопе, к слову, стремя не нужны вообще. Забыть и забить. Без них неприкольно разве что тормозить, и то только потому, что они летают сами по себе, бьют лошадь по бокам, и она, воспринимая это как шенкель, только больше разгоняется.
По крайней мере, хоть ушел я как надо - перевалившись на бок, обнял Дэйку за шею, и в крайний момент резко оттолкнулся руками, избавив себя от заключительного пенделя какой-нибудь подвернувшейся некстати задней ноги.
Землю принял плечом (промахнуться не получилось - здоровая она все-таки ), попутно отправив одну единицу обуви в стратосферу . Дэя огляделась и остановилась почти сразу, ощипывая подвернувшуюся травку. Я подождал возвращения импровизированного космонавта, отряхнулся и потопал к ней.

 

Встретила она меня молчаливым укоризненным взглядом. Ну да, что-то вроде "любовник хренов".
Я серьезно извинился, честно сознавшись во всех дурках и грехах за добрые четыре жизни.
Она не отворачивалась.


Как потом сказали инструктора, зрелище нашей гонки с манежа было совершенно шикарным.
Браслет был обломан в лучших традициях, чему никто и не удивился - ипподромная выученная лошадь быстрее деревенского увальня, да и вообще Дэя самая быстрая лошадь в округе, радиус только не скажу, чтобы не врать, ибо выяснить это невозможно. На самой конюшне только признанный факт.
Моя катапультация на финишной прямой вызвала скорее удивление - все по той же причине пройденных перелетов и буреломов, да на Дэйкином скаку. "Расслабился перед домом, почем зря" - такой был сделан вывод в наставительной форме, но без последствий.


Потом вернулся Костя, бултыхаясь на своей попоне с видом поимевшего самого Бога канонизированного при жизни царя. Мы с Дэйкой ухмыльнулись, каждый по-своему, плавно обогнули перебаламутившего весь манеж и пролетевшего галопом к конюшне Браслета, и приготовились ко второму старту.
Тут-то с великой идеи перебаламученного народа мы и остались без седла. И вообще без всего. Я вполне пристойно запрыгнул "на пилотное место", отказавшись от помощи подошедшего инструктора, чем вызвал уже куда более уважительное "а, ну вы даже так можете". Ну да, нас до сих пор там воспринимают "как в первый раз" - отчасти, за редкость наведывания, отчасти - за несоблюдение формы. Надо будет, кстати, это поправить. Оба пункта.


Второй раз отчалили мы шагом. По дороге я заболтал Дэю совершенно, и должен сказать, заболтанная лошадь от нормальной отличается полностью. Выложено было все за последние четыре жизни в полной комплекции и все, что по этому поводу думается. Лошади очень чутко ощущают интонации и настроения, плюс голос мой при продолжительной речи обретает некоторую характерную архиспокойную хрипотцу, так что верчение ушами сопровождало все время монолога. Ну и самой Дэе тоже досталось разных думаний.
Надо отметить, многие ожидавшие от меня подобных слов женщины так и не услышали их, либо совсем, либо это было что-то совершенно несъедобное, когда уже совсем не нужно. Странная моя чисто человеческая то ли неприязнь, то ли подозрительность, то ли просто глупость. То ли все вместе сразу.


За прогулку без седел, в принципе, ничего особенного не произошло, кроме разве что встречи с "правильными конниками", вызвавшая много улыбок. Едет инструктор, при полном параде, в шлеме, с хлыстиком, в форме с видом хитровыебанной богини, за ней - явно залеченные ее умными речами не по форме, но при параде трое то ли бизнесменов, то ли еще какого чисто городского состоятельного люда, залезшего в седла в поисках "пикантного отдыха" или что-то в этом роде. Таких видно сразу, по посадке. Едут серьезные такие, втыкают. Инструкторша серьезная до смешного. Против них по дорожке мы с Костей, из всего разве что с уздечкой, придерживающие лошадей, подозрительно косящиеся на тройку новичков как на очаг непредсказуемых проблем. Но без выпендрежа, совершенно нормально - там своих проблем хватало. Дэйка рвала всю дорогу, норовя полетать, а я не хотел играть в "торможение без седла на галопе". В общем, я был больше сосредоточен на ней, нежели на чем-нибудь постороннем.
Ну и рожа была у этой инструкторши, заметить надо. Остальные тоже порадовали высокоинтеллектуальными (то есть чутка обалдевшими) лицами. Что-то там явно шло в разрез с представляемой их залеченными умами картинкой - по физиономиям видно было.


Костя, еще только завидев их на горизонте, уже отколол.
- Скай, смотри, там что-то идет.
- Ага, четверочка топает.
- А с лошадьми?
/оборачиваюсь со смехом/
- Тогда восемь!
- Лошади твои!
- Никогда! Я буду верен Дэе до конца! /вращение ушами прилагается. Не мое, ессно./
- До какого конца?
- До всего! /широкий размахивающийся жест правой рукой. Я чуть не ушел с лошади вслед за ней./
- Аа.. Я подарю вам на свадьбу табуретку.
- Пасиб, у мя уже есть. Фирменная, складная.
- Ну тогда ладно! /разочарованно/
 


Ощущения?
На ходу чувствуется каждая мышца. Как они перекатываются под тобой. Управляемость совершенная. То есть совсем совершенная. Лошадь чувствует тебя абсолютно, вплоть до того, что Дэйка первое время вопросительно оборачивалась на меня, когда я ерзал, устраиваясь удобнее. Что-то вроде "а ЭТА команда, по твоему, что должна значить?" Шенкеля не существует в природе, это все выдумки для ламеров. Малейшее напряжение в ноге понимаемо и выполняемо. Руками можно играть на скрипке при умении и желании. Повод так, скорее для проформы. Да, ну и жарко еше, конечно. Лошади - горячие звери.
Ну и на прощание, уже расхаждиваясь на земле.
"- Яйца... Они у меня не столько квадратные... они просто плоские."
Отдельное умение совершенно обязательно. Нагрузка на ноги совершенно несравнима. Классическое "привстать в седле" без седла вырубает на трое суток. Рысь поначалу невозможна совершенно, по всем причинам.


Совершенно-великолепно.


Photo Sharing and Video Hosting at Photobucket
Photo Sharing and Video Hosting at Photobucket